Священник

1 марта 2020 | 8 мин. чтения

 

Меня зовут Святослав Рогальский. Мне 41 год, родился и вырос в Минске. Являюсь председателем Международного общественного объединения «Христианский образовательный центр им. cвятых Мефодия и Кирилла», преподаю в Институте теологии БГУ, в Минской духовной академии, а также сейчас служу священником в храме Минской иконы Божией Матери. В сане священника нахожусь с 2012 года.

 

 

После школы поступил на факультет теологии ЕГУ. Закончив его в 2000 году, поступил в Минскую Духовную академию, где учился в течение 3 лет. В рамках обучения, в 2002 году, по благословению митрополита Филарета (Вахромеева), полгода стажировался в Экуменическом институте Боссэ недалеко от Женевы, после чего закончил духовную академию со степенью кандидата богословия. Сразу преподавал в семинарии, а потом – в духовной академии и в институте теологии.

Священник

 

Экуменический институт Боссэ – это учебное учреждение при Женевском университете, созданное по инициативе Всемирного Совета Церквей, которое объединяет студентов из различных христианских конфессий. В мое время там учились православные, католики и протестанты. В институте рассматривали вопросы межцерковного диалога, миссии христианства в современном мире, его истории и богословия. Это был интересный опыт. У нас была группа студентов из 50 человек, которые приезжали со всего мира.

Такое общение помогает глубже понять особенности христианских конфессий. Когда живешь с такими людьми и смотришь, как они воспринимают свою духовность, начинаешь понимать их намного лучше. Духовная академия, где я учился после стажировки – это высшее богословское образование, после которого полагается получать богословскую ученую степень.

У священников тоже есть распределение после учебы. Как правило, он направляется в ту епархию, от епископа которой получил благословение на учебу в семинарии. Но в целом по благословению епископа священник может служить в любой Поместной Православной Церкви. И не только в русской, если с ней есть каноническое церковное общение. Например, сейчас у нас ограничено каноническое общение с Константинопольским патриархатом.

В основном, священником становятся в возрасте 23-25 лет, когда заканчивают семинарию и духовную академию. Для епископов есть более определенная норма: 30 лет. Но все зависит от человека и ситуации. В советское время приходилось рукополагать, то есть посвящать в сан, как очень молодых, так и весьма престарелых.

Духовник

 

К концу обучения в духовной семинарии человек должен определиться, как будет нести служение. В отличие от Католической Церкви, в Православии это возможно в двух вариантах: в виде женатого «белого» духовенства или монашествующего. Этот выбор нужно сделать до принятия священного сана. Если вас рукоположат в безбрачном состоянии, жениться вы уже не сможете.

Сначала посвящают в диаконы, а потом в сан священника. Поскольку у нас епископат монашествующий, то священник, принявший монашество, может в будущем стать епископом церкви.

Бывают исключительные случаи, когда человек не готов принять монашество или по каким-то причинам не создал семью. Тогда по особому решению епископа он может быть посвящен в безбрачном состоянии, то есть целибатом, но такие случае встречаются не так часто.

Для священника развод нежелателен, как и для мирян в принципе. Но приходится принимать такое решение, когда церковный брак невозможен или ситуация в семейной жизни напрямую препятствует исполнению священнического долга. Женатый священник перед принятием сана снимает свое обручальное кольцо и кладет его на престол. С этого момента он становится обрученным с Церковью. Проблемы в семье, жена ушла – ты всегда должен выбирать в пользу служения Церкви.

 

 

Я родился в семье педагогов и научных работников. Мы были стандартной советской семьей, предпосылок, что мы будем связаны с Церковью, не было. Моя бабушка была научным сотрудником в Академии наук. В последние годы она осмыслила свой жизненный путь как верующий ученый. У нас в семье она была первой, кто пришел к вере осознанно.

У родителей не было протеста, когда я рассказал о своем решении. Скорее, поддержали. Когда мне надо было восстанавливать один приход, они во многом помогали. Но в моем роду уже были священники – в середине XIX века. Получается, через такой длительный перерыв в полутораста лет Господь восстановил священническое служение в нашем роде.

Как-то раз меня заметил один из церковнослужителей Минского кафедрального собора и пригласил помогать в храме во время богослужения. Это было в 1994 году. После этого я стал осознанно ходить в храм, а в 18 лет стал иподиаконом митрополита Филарета и на протяжении 15 лет нес это послушание. Благодаря этому удалось объездить всю Беларусь и увидеть, как живет Церковь не только в городах, но и в очень отдаленных деревнях, где открывались новые храмы.

 

 

Богослужение я совершаю не каждый день, но по особому графику. Естественно, вечер субботы и утро воскресения для священника самые рабочие дни, когда он все время в храме. Бывает несколько служб на неделе. В остальные дни у меня обязательное преподавание в Институте теологии и Минской духовной академии.

Минская Духовная академия

 

Еще я возглавляю Христианский образовательный центр им. святых Мефодия и Кирилла. Это объединение создавалось как коммуникативный орган между разными христианскими конфессиями и общественными структурами в Беларуси. Это не религиозная, а общественная организация, она была создана по инициативе Белорусской Православной Церкви, именно с целью межрелигиозного диалога. С Римско-Католической и Лютеранской церквами у нас дружеские отношения, не затрагивающие догматические аспекты вероучения. Мы не можем совместно совершать литургию, причащаться от одной Чаши, но зато можем сотрудничать в делах милосердия и служения ближним. Беларусь – межконфессиональная страна, это важно помнить. Очень важно, чтобы люди общались друг с другом через такие мероприятия, где присутствуют разные христианские конфессии, и лучше понимали друг друга.

Я никому не называю цифры за церковные требы. Если ко мне обращаются с просьбой покрестить ребенка или отпеть усопшего, всегда говорю, что пожертвование добровольное. Но про всю жизнь прихода мы так сказать не сможем. Большинство строящихся приходов не дотируется никаким образом, кроме добровольных пожертвований. Им необходимо каким-то образом осуществлять свою деятельность.

Поэтому на свечи и записки, которые принимаются на поминовение, часто можно встретить фиксированную цену. Но будем говорить, что это не цена, а рекомендуемое пожертвование для участия в жизни церкви. Если человек приходит с потребностью в церковь, но у него нет денег, никто не имеет права ему отказывать.

Батюшка

 

Тайна исповеди не может быть нарушена, за это священник лишается права служения. В исключительных случаях, когда человек после исповедания своего помысла ушел с четким намерением совершить тяжкое преступление в отношении другого человека, для спасения его жизни священник может принять меры для предупреждения преступления.

Отчитки – это особые молитвы, которые читаются не каждым священником, а только теми, кто имеет на это благословение. По-другому их называют сеансами экзорцизма. Но это крайняя мера. Она применяется только, когда все привычные средства церковного врачевания не действуют.

Но начинать надо с исповеди, с причастия и уже потом смотреть, как развивается ситуация. Если не помогает, человек направляется в монастырь или в храм, где разрешено проводить отчитки. В основном проблемы возникают из-за нерегулярной церковной жизни. Человек не имеет того духовного щита, который бы его ограждал от воздействия нечистых духов.

 

 

У нас есть официальный отпуск, но воспользоваться им получается не всегда и не тогда, когда планируешь (улыбается). Если священник в отпуске, а в это время ему позвонят прихожане, чтобы пособоровать человека (помазание освященным елеем) или отпеть умершего, он не может отказаться.

Священнику позволительно иметь хобби, но оно не должно противоречить христианским убеждениям. Он может заниматься спортом, разумным коллекционированием. Хобби священника должно способствовать его духовному обогащению, то есть это точно не компьютерные игры.

Приходской священник

 

Зарплата священника формируется от пожертвований, которые поступают в приход и от того, какие нужды приход имеет. Как говорят, ни один священник на приходе еще с голоду не умер (улыбается).

Нельзя рассматривать как свое все то, что поступает в церковную казну. Это принадлежит Богу. Жалование священника на приходе формируется из пожертвований прихожан и зависит от возможностей прихода по самообеспечению. Обычно данный вопрос решается коллегиально на Приходском собрании. Я также получаю зарплату как преподаватель в БГУ и председатель христианского образовательного центра, хотя последняя тоже зависит от тех средств, которые пожертвовали наши спонсоры. Иногда на зарплату их может и не хватать, ведь организация-то общественная.

 

 

Священника могут лишить сана за систематические канонические нарушения: ушел в раскол, совершил тяжкие нравственные преступления или выступил в открытом противостоянии Церкви. Его отлучают от Церкви не с целью наказать или унизить, а чтобы он не увлекал за собой других, так как люди верят ему.

Но это крайняя мера. Сначала к нему будут обращаться несколько раз с увещеваниями, то есть с призывом покаяться и не совершать те или иные действия. Если это не поможет, ему запрещают служить на полгода или год. Если и через это время он не исправляется, то могут запретить служить на более длительный срок. И уже после этого ставится вопрос о лишении духовного сана.

Минский священник

 

Священник должен очень четко понимать, что есть его частное богословское мнение, а есть мнение Церкви. Когда он высказывает свою личную позицию, он всегда должен подчеркивать, что это не официальная позиция Церкви.

Очень часто на священника смотрят, как на святого. Это неправильный взгляд – он тот же человек, который живет в том же мире, где и все остальные, и имеет свои слабости. Церковь – это духовная врачебница, а священник – врач. Ведь мы не можем требовать от врача, чтобы он не болел. Зато и не будем сомневаться в его профессиональных навыках.

У нас активно защищают права различных меньшинств, но закон об оскорблении чувств верующих вызывает какое-то нездоровое отторжение. А почему? Почему это не может быть защищено? В советское время церковь очень сильно пострадала. Не было столько мучеников в первые века христианства, сколько в первой половине ХХ века.

Я считаю, что нужны какие-то разумные ограничения. Если перешагнуть грань, то получится то же самое, как с французским журналом Charlie Hebdo, когда исламские террористы расстреляли редакцию за то, что они сделали карикатуру на пророка Мухаммеда. Я ни в коей мере не оправдываю исламский терроризм, но и не согласен, что так можно было поступать со стороны редакции.

Поп

 

В церкви тоже есть свой юмор, но он не затрагивает основ веры. Он затрагивает бытовые моменты, которые встречаются у всех, но с определенной спецификой жизни верующих, и служит, как правило, для своеобразного исправления существующих недостатков. Но богохульство или кощунство абсолютно недопустимо.

Что касается ЛГБТ-сообществ, Церковь не может выступать за реабилитацию греха. Это не значит, что мы не будем с ними общаться, в храм не пустим – ко мне приходили такие люди на исповедь. Но оправдывать их взгляды недопустимо с библейской точки зрения. Не мы придумали это в кабинетах, а так написано в Священном Писании. Человек приходит в храм, чтобы стать лучше. Он не должен приходить с идеями, которые идут вразрез с церковным и библейским учением, и возводить их в статус нормальных. Такие явления с духовной точки зрения должны воспринимается как немощь, духовная болезнь, которую человек, если он верующий, как минимум должен в себе признать и постараться встать на путь исцеления.

 

 

Первый месяц после рукоположения в сан – особый период в жизни каждого священника. Все воспринимается и переживается по-другому. Для меня это был памятный день. Тогда, 24 октября 2012 года, митрополит Филарет рукоположил меня в день собственной хиротонии, то есть собственного рукоположения в епископа.

Мне запомнилась моя первая исповедь. В скором времени после принятия сана у нас состоялась паломническая поездка с детьми в Жировичи. У детей и у меня это была первая исповедь, и это было очень трогательно. Для неопытного священника очень важно постепенно к этому приобщаться, приобретать духовнический опыт.

 

 

Для нашей страны частой ситуацией являются смешанные браки: между католиком и протестантом, православным и католиком и так далее. Церковный брак возможен в тех христианских конфессиях, где не нарушаются главные церковные догматы. Если мы говорим о других вероисповеданиях – буддизме, иудаизме, исламе –, то в таком случае церковный брак невозможен. На этот счет есть определенные канонические нормы как в православии, так и в католичестве.

Священник Святослав Рогальский

 

Если брак между католиком и православным, супругам предоставляется выбор, в какой конфессии будет совершаться венчание, то есть церковный брак. Если вы венчаетесь в Православной Церкви, дети от брака должны будут креститься в этой же церкви. То же самое у вас попросят и в Католической Церкви.

Мы не можем диктовать свою волю. Церковь никогда не навязывает, а только рекомендует и подсказывает, как правильно. А решать должен уже сам человек.

 

 

Общаться с молодежью нужно и неформально, не только в храме. Особенно если священник молодой – ему важно показать, что он такой же человек, но выбрал жить по этим законам и сознательно выстроил так свою жизнь. Он должен быть образом, чтобы привлечь людей не к себе, а к Богу.

Институт теологии БГУ

 

Тем, кто хочет стать священником, я бы пожелал решимости не бояться своего выбора и идти до конца. Нужно настроить себя так, чтобы твоя жизнь была освящением мира и прославлением Бога. Как говорится в Евангелии, «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5:16).

 

 

1. Как вести себя, когда на тебя «нападает» в церкви бабушка?
— Спокойно. Это духовный момент, большинство наших прихожан через это прошли. Если человек пришел общаться с Богом, то все остальное для него будет второстепенным.

2. Почему в церкви больше женщин, чем мужчин?
— Это локальная ситуация. В Греции или на Православном Востоке такого не будет. В Западной Европе – 50 на 50. Должно пройти некоторое время, чтобы религиозность проникла во все слои общества.

3. Священника могут призвать в армию?
— Для священника в армии всегда есть поле деятельности. В Польше, например, есть институт военного священства.

4. Татуировки – грех?
— Я бы сказал, что это непотребство. С точки зрения Священного Писания есть определенный запрет на изображения начертаний на своем теле (Лев. 19:28).

5. Есть вещи, которые священник всегда должен иметь при себе?
— У меня есть требный чемоданчик со всем необходимым для крещения, отпевания и других треб. Не всегда ношу собой, но он всегда в зоне доступа. Как и облачение.

6. Могут ли священники посещать психолога?
— Мне не приходилось. Работа священника предполагает знание основ психологии. Думаю, если нужна будет консультация психолога, это пойдет только на пользу.

7. Семинаристы списывают на экзаменах?
— Пытаются (улыбается).

8. Священникам обязательно носить бороду и не стричься?
— Традиционно – да, но не обязательно. У монахов это жестко регламентировано. Мы смотрим на икону Христа и этот образ идет оттуда. В любом случае у священников должен быть опрятный внешний вид. Если у него удлиненные волосы или борода, они должны всегда быть в порядке.

9. В будущем исповедь будет проводиться онлайн?
— Не хотелось бы. Всегда должен быть личный контакт. Духовный совет, консультация – вполне, но не исповедь, если только речь не идет о каких-то пограничных ситуациях между жизнью и смертью. Это все-же Таинство Церкви.

 

 

Православный священник Святослав Рогальский в Instagram

 

txt — Влад Сакович
jpg — Илья Давыденко

Если вы хотите стать героем рубрики «Непростые» или подсказать контакты знакомого профессионала, который расскажет о своей работе, пишите нам на электронную почту welcome@ilinterviews.com или в любую соцсеть.

 

 

Оставить комментарий